Борис З. Фаликов, доцент
125047
Миусская пл., д. 6
Москва
Boris Z. Falikov, associate professor
125047
6, Miusskaya Sq.
Moscow
Поэт-обэриут Даниил Хармс (1905–1942) создал свой собственный вариант оккультно-ориентального синтеза на манер того, что практиковал австрийский писатель Густав Мейринк (1868–1932), да и не он один. Оккультное миропонимание позволяет включить в подобный синтез любые религии от буддизма до православия, объединив их по принципу магической эффективности. Разница между синтезами Майринка и Хармса заключалась в том, что первый чередовал буддийские и оккультные посвящения в эпоху fin de sciecle, когда они были в большой моде, а второй занимался этим лет десять-двадцать спустя, в Советской России, где подобные вещи преследовались атеистическим государством. Еще одним важным отличием было то, что Мейринк в своих произведениях выступал в роли миссионера, но действовал опосредованно, в то время как Хармс попытался впрямую преобразить мир, опираясь, как он верил, на магическую мощь авангардистской поэзии.
The Oberiut poet Daniil Kharms (1905–1942) created his own version of the occult-oriental synthesis in the manner that the Austrian writer Gustav Meyrink (1868–1932), and not only him, practiced. The occult worldview makes it possible to include in such a synthesis any religion from Buddhism to Orthodoxy, uniting them according to the principle of magical effectiveness. The difference between the syntheses of Meyrink and Harms was that the former alternated between Buddhist and occult initiations during the fin de sciecle era, when they were in great vogue. And the latter did that ten or twenty years later in Soviet Russia, where such things were persecuted by an atheistic state. Another important difference was that Meyrink acted as a missionary in his works, but did it indirectly, while Kharms tried to directly transform the world, relying on the alleged magical power of avant-garde poetry.
The authors declare that there are no conflicts of interest present.